Коллаборационизм и конкурентоспособность

Консерватизм, рачительность и экономия, государственные вливания с целью спасения крупных банков, - все эти методы применялись до сих пор как основные инструменты стабилизации экономики и финансового рынка, выхода из кризиса, что повлекло за собой цепную реакцию новых рис­ков, угрожающих ЕС. Прежде всего, это социальное недовольство и как следствие активизация националистических и сепаратистских настроений внутри отдельных стран. 

Успех евроскептиков на выборах в Европарламент стал серьезным ударом по фундаменту ЕС. Большое количество людей проголосовало за антиевропейские партии. Во Франции Марин Ле Пен и ее “Национальный фронт” набрал 25% голосов, а в Великобритании “Партия независимости Соединенного Королевства” – 27%.

Посткризисное европейское разочарование в фундаментальных основах «единства в многообразии» обусловили устойчивые настроения выхода из ЕС  крупнейшего мирового финансового центра – Великобритании, которая не входит в зону Евро, но понимает, что сильно почувствует на себе последствия его возможного краха.  Кроме того,  кризис энергетической безопасности связанный как с промышленной политикой ЕС последних лет, так и высокими ценами на энергоемкие производства со всеми вытекающими отсюда последствиями снижения конкурентоспособности европейской экономики, все это может показаться  просто детской забавой по сравнению с тем, куда могут привести всю Европу дальнейшее углубление этих векторов. 

Поэтому от степени понимания новым руководством ЕС слабости ЕС как объединения, разрушительности углуб­ления  этих векторов, зависит сос­тоятельность всего Евросоюза. И ответ на все эти вызовы очевиден и лежит на поверхности - ЕС должен показать себе, своему рынку единство позиций и реакций на основные современные вызовы, а также  инвестиционную самодостаточность, инвестиционную привлекательность  ведущих сегментов экономического роста – энергетичес­кого, инновационного, банковского, промышленного на всем своем пространстве. 

Иначе  его постигнет судьба сверхактуального панъевропейского энергетического газового проекта Nabucco, ставшего первой крупной жертвой несостоявшегося единства намерений и действий единой Европы. И, если бы осенью 2011 года  Азербайджан и Турция не приняли исторического решения о реализации проекта Трансанатолийского газопровода TANAP и последующем формировании всего Южного коридора, то переговоры по Nabucco продолжались бы и по сей день.

Сдача в эксплуатацию трубопровода TANAP протяженностью 1800 км и диаметром 56 дюймов планируется к середине 2018 года. Основные строительные работы начнутся в 2015 году. Его первоначальная пропускная способность составит 16 млрд. куб. метров, в 2023 году она достигнет 23 млрд. куб. метров, а в 2026 году - 31 млрд. куб. метров. Из поставляемых на первом этапе 16 млрд. куб. метров газа в Европу поступит 10 млрд. куб. метра, в Турцию - 6 млрд. куб. метров. Газопровод TANAP предназначен для транспортировки азербайджанского газа с месторождения «Шах Дениз» в рамках Стадии-2 от грузино-турецкой границы до западных границ Турции. На сегодняшний день 68% в TANAP принадлежат ГНКАР, 20% - турецкой BOTAS, 12% - британской BP.

Очевидно новый президент нового состава Еврокомиссии, вступившей в действие 1 ноября этого года, Ж.К. Юнкер, избравший американский метод ведения своей избирательной кампании, лишен излишней чванливос­ти, и настроен на  решительную и прагматичную  работу.  По крайней мере, он об этом говорит. «Это комиссия «последнего шанса»… Или нам удастся объединить граждан Европы, чтобы резко снизить уровень безработицы и открыть дорогу для молодёжи, или  мы падём», уверен Ж. К. Юнкер.

Ранее, еще в июле, он анонсировал план инвестировать 100 млрд. евро в год, на протяжении следующих трёх лет, в европейскую экономику. Эти деньги будут «государственными и частными», и будут потрачены на «инф­раструктуру, в частности, на широкополосные и энергетические сети, а также на транспортную инфраструктуру в промышленных центрах; на образование, исследования и инновации; на во­зобновляемую энергетику». При этом «новые, жизнеспособные и создающие новые рабочие места проекты, которые помогут восстановить конкурентоспособность Европы, нуждаются в определении и продвижении», говорит президент Еврокомиссии. Уже в ноябре Ж.К.Юнкер представил план инвестфонда на 21 млрд евро ($26 млрд), который с помощью привлечения частных инвестиций сможет финансировать проекты на 315 млрд евро ($390 млрд).

Можно отметить одно из важнейших новшеств  в работе нового Кабинета Юнкера – изменение стиля работы,  еще в сентябре он предупредил будущих комиссаров, что им нужно подготовить себя к «новому, коллаборационному способу работы», и что он намерен ломать «бункерный менталитет». Ж.К.Юнкер впервые предложил образовать из членов Еврокомиссии пять проектных команд (project teams), во главе каждой из которых должен стать профильный вице-президент. Сам Юнкер, а также первый вице-президент Франс Тиммерманс и вице-президент по вопросам бюджета Кристалина Георгиева не войдут ни в одну из проектных команд, но будут контролировать  все пять - «Сильный глобальный актер», «Плотный энергетический союз с дальновидной политикой изменения климата», «Единый рынок цифровой связи», «Более глубокий и более справедливый экономический и валютный союз», «Новый импульс для работы, роста и инвес­тиций». 

«Сильный глобальный актер»

Руководить проектной командой «Сильный глобальный актер» вверено вице-президенту Еврокомиссии - верховному представителю ЕС по иностранным делам и политике бе­зопасности Федерике Могерини, которая являлась министром иностранных дел Италии (этот пост она занимает с февраля нынешнего года). Президент комиссии Жан-Клод Юнкер объяснил смысл создания этой команды необходимостью «быть более эффективными в объединении инструментов внешнего воздействия Европы». Он назвал четыре таких инструмента: торговая политика, помощь в целях развития, участие в международных финансовых институтах, политика соседства, и подчеркнул, что они «должны комбинироваться и активироваться в соответствии с одной и той же логикой».

Четыре комиссара, отвечающие за эти инструменты, как раз и вошли в команду во главе с Могерини. Это Йоханнес Хан из Австрии (в его компетенции европейская политика соседства и переговоры о расширении), Сесилия Мальмст рем из Швеции (торговля), Невен Мимица из Хорватии (международное сотрудничество и развитие) и Христос Стилианидес с Кипра (гуманитарная помощь и управление в кризисных ситуациях). 

По мнению Юнкера, чтобы стать «сильным глобальным актером», ЕС «не обойтись в долгосрочной перспективе без хотя бы некоторых интегрированных оборонных мощнос­тей». И президент ЕК указывает, что Лиссабонский договор (один из основополагающих документов ЕС, подписанный в 2007 г.) предусматривает возможность тем государствам-членам, которые этого пожелают, объединить свои оборонные возможности в форме постоянного структурированного сотрудничества.

Энергетический союз

В составе Еврокомиссии энергетичес­кой политике будет отведена основная роль - по инициативе ее президента, действует специальный вице-президент по вопросам энергетического союза. Он должен возглавить формируемую из членов Еврокомиссии проектную команду под названием «Жизнеспособный энергетический союз с дальновидной политикой изменения климата». «Текущие геополитические события вынудили нас вспомнить, что Европа слишком сильно полагается на импорт топлива и газа. Поэтому я хочу реформировать и реорганизовать энергетическую политику Европы в новый Европейский энергетический союз».

«Мы должны объединить наши ресурсы, нашу инфраструктуру и наши переговорные силы в диалоге с другими странами». Но мало создать союз, нужно, чтобы он был жизнеспособным. «Мы должны диверсифицировать наши источники энергии и уменьшить высокую энергетическую зависимость некоторых наших государств-членов. Я хочу, чтобы европейский энергетический рынок оставался открытым для наших соседей. Однако если цена на энергию с Востока окажется слишком дорогой с коммерческой либо с политической точек зрения, Европа должна суметь очень быстро переключиться на другие каналы поставок. Мы должны достичь возможности полностью изменить потоки энергии, когда это необходимо», - утверждает новый президент ЕК.

ТРЕТИЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПАКЕТ - «Пугало» для производителей

Вице-президентом по вопросам энергетического союза  назначен  представитель Словакии Марош Шевчович. Еврокомиссаром по вопросам климата и энергетики стал испанец  Мигель Ариас Каньете. 

Стоит отметить, что и президент США Барак Обама главной целью своей энергетической программы ставил лидерство США по использованию  альтернативных источников энергии,  снижение выбросов в атмосферу и  зависимости от импорта. Но уже к 2017 году США готовятся стать крупнейшим в мире производителем нефти.

Согласно новым прогнозам, спрос на «чёрное золото» в 2014 году снизится на 65 тысяч баррелей в сутки и составит 92,6 миллиона баррелей в день. 

В 2015 году, считают эксперты МЭА, спрос на нефть на мировых рынках упадёт на 165 тысяч баррелей в сутки и будет составлять 93,8 миллиона баррелей в день. 

Согласно долгосрочному анализу мировых энергетических тенденций, к 2020 году ежесуточная добыча нефти в Северной Америке превзойдет ближневосточный  уровень в размере 4:1. К 2030 году, добыча в Северной Америке возрастет на 390 млн. т неф­тяного эквивалента (мтнэ) с 650 мтнэ 2009 года. 

Данный рост конкурирует с повышением добычи в размере 430 мтнэ на Ближнем Востоке, где нефтедобыча ускорится в основном в связи с повышением добычи в Ираке. Ожидается, что расширение поставок сланцевой нефти из Северной Америки достигнет своего пика после 2020 года. 

В США открыты десятки новых месторождений, на которых работают сотни крупных, средних и мелких производителей. 

Конечно, зеркальное   развитие событий в ЕС невозможно в силу географических, демографических и целого ряда других причин, но Еврокомиссия в формировании энергетической политики ЕС будет руководствоваться теми же принципами. Конкуренция и дальше будет стоять во главе угла  реформирования энергетического и газового рынка. И, несмотря на то, что сегодня цены на европейском рынке высоки, производителям не стоит обольщаться на средне-, и, тем более  долгосрочную перспективу, Юнкер будет добиваться их большей волатильности в сторону понижающего тренда. И поможет ему в этом третий энергетический пакет, который в его нынешнем виде больше мешает конкуренции, чем способствует ей, пос­кольку директивно ограничивает амбиции новых участников рынка, а значит и  доступ на рынок большего объема природного газа из новых источников. 

На наш взгляд третий энергетический пакет нуждается в серьезном анализе и определенной градации директив  в зависимости от объемов поставок, дополнительных стимулах со стороны ЕС в привлечении  новых участников газового рынка на основе свободной коммерческой позиции, максимально возможной  деполитизации газовых отношений, дебюрократизации этой необходимой для ЕС сферы.

Третий энергетический пакет, утвержденный Евросоюзом в 2009 году, направлен на либерализацию рынка электроэнергии и газа. Одним из ключевых его моментов  стало требование обеспечить в системах транспортировки газа и электроэнергии unbundling, то есть разорвать цепочки производитель-поставщик-транспортировщик-продавец.  Поэтому пакет уже превратился  в «пугало» для вертикально-интегрированных нефтяных компаний, стремящихся контролировать всю цепочку газового бизнеса от скважины до комфорки потребителя. Под его санкции уже попали и ряд стран – Литва, Словения, Эстония, Румыния и Ирландия, где ведутся расследования в основном за невыполнение требований третьего энергопакета в области электроэнергетики.

Конкуренция обостряется 

Под прицел европейских бюрократов недавно попала и Госнефтекомпания Азербайджана - SOCAR, которая никогда не являлась и не планирует быть монополистом  европейского рынка, но это вполне самодостаточная хозяйствующая единица, которая обладает крупными газовыми месторождениями, семи направлениями нефте- и газопроводов и в любой момент способна диверсифицировать свои рынки.  Сделка Госнефтекомпании Азербайджана SOCAR о покупке 66%  акций оператора греческой газотранспортной компании DESFA затянулась. Она должна была быть принята еще во втором квартале 2014 года. В настоящий момент 35% акций DESFA принадлежат нефте- и газоперерабатывающей компании Hellenic Petroleum с госучастием, а 31% — непосредственно правительству. Оно получит от продажи своей доли акций около 188 млн евро. Комиссия была уведомлена о сделке 1 октября 2014г.

Фонд по управлению государственным имуществом Греции (Hellenic Republic Asset Development Fund, HRADF) 31 июля 2013 года одобрил сделку по покупке компанией SOCAR 66% акций греческой DESFA за 400 млн евро. В декабре 2013 года Госнефтекомпания Азербайджана подписала с HRADF и компанией Petroleum “Договор о купле-продаже акций” и “Договор между акционерами”. SOCAR приобретает 31% акций DESFA у правительства Греции и 35% – у Hellenic Petroleum SA. До передачи контроля (приема-сдачи) над DESFA компании SOCAR продаваемый пакет акций греческой компании контролируется HRADF. Продажа DEPA и оператора греческой газотранспортной системы DESFA считается одним из ключевых пунктов греческой программы приватизации: Греция рассчитывала получить от их продажи до 1,5 млрд евро.

В соответствии с законодательством Греции и третьей директивой ЕС по энергетике, Еврокомиссия должна принять заключительное одобрительное решение по данной сделке до 23 марта 2015 года.

На начальном этапе рыночного исследования, комиссией было выявлено, что у предприятия, образованного в результате слияния, может появиться возможность и стимул препятствовать доступу конкурирующих поставщиков газа к газотранспортной сети Греции с целью снижения конкуренции на греческом рынке оптовых продаж газа. Предприятие, считает ЕК, образованное в результате слияния, может ограничить доступ своим конкурентам к газотранспортной сети Греции, стратегически ограничивая инвестиции в будущие проекты по расширению мощностей импорта, включая расширение СПГ-терминала и соединения между TAP и сетью DESFA. Кроме того, новое предприятие может ограничить потоки газа в Грецию, отдавая предпочтение пос­тавкам ГНКАР в ущерб конкурентам в процессе управления газотранспортной сетью.

 На днях Caspian Energy News в ЕК сообщили, что «в принципе Еврокомиссия согласна с сертификационным решением, но считает, что необходимы дополнительные средства во избежание потенциальных рисков по безопасности поставок». 

Какие бы меры и средства не были приняты они, скорее всего, не будут носить ограничительный характер, поскольку свободный газовый рынок в южной и юго-восточной части ЕС находится на начальной стадии формирования и одними ограничительными мерами его стимулировать невозможно. Тем более конкуренция обостряется. Помимо нового российского проекта (вместо закрытого Южного Потока) через Турцию в Грецию с пропускной способностью 63 млрд. куб. м год, Израиль предложил странам ЕС инвестировать в строительство газопровода по дну Средиземного моря через Кипр в Грецию и Италию – то есть конечные пункты газопровода TAP Южного коридора.

TAP обеспечит транспортировку природного газа в рамках второй стадии разработки гигантского азербайджанского месторождения «Шах Дениз» в Европу. Трубопровод, протяженностью приблизительно в 870 км, соединится с Трансанатолийским трубопроводом (TANAP) около турецко-греческой границы в городе Капой, далее пойдет через территорию Греции, Албании и Адриатическое море к южному побережью Италии. 

Маршрут TAP может облегчить поставки газа в ряд юго-восточных европейских стран, включая Болгарию, Албанию, Боснию и Герцеговину, Черногорию, Хорватию и другие. По достижении побережья Италии TAP создает хорошие возможности для дальнейшей транспортировки каспийского природного газа на крупнейшие европейские рынки, такие как Германия, Франция, Великобритания, Швейцария и Австрия.

Поскольку первые продажи газа в Грузию и Турцию намечены на конец 2018 года, первые поставки азербайджанского газа в Европу начнутся приблизительно через год, в 2019 году. 

Акционерами TAP являются ГНКАР (20%), Statoil (20%), BP (20%), Fluxys (19%), Enagás (16%) и Axpo (5%).

Официально израильский проект будет представлен европейским странам в декабре. Как сообщают израильские СМИ, Кипр,  Греция и Италия уже поддержали проект Израиля. На средиземноморском шельфе Израиля сегодня разрабатывается два крупных блока – месторождение Тамар (оценочные запасы более 280 млрд. куб. м.) и Левиафан (453 млрд. куб. м.) при этом газ с месторождения Тамар предназначен и используется с апреля 2013 года иск­лючительно для внутреннего потребления, а с месторождения Левиафан разрешено экспортировать только 40% газа. Об этом заявил премьер-министр  Биньямин Нетаньяху еще летом 2013 года, поставив точку в затянувшемся споре об экспортных квотах для частных компаний. Насколько Израилю и ЕС удастся совместить ограничения внутреннего рынка и коммерческую рентабельность экспорта и пойдет ли вообще газ по этому направлению, пока  неизвестно. Поэтому Южный газовый коридор, связывающий Азербайджан, Турцию и ЕС, на сегодняшний день является единственным проектом, позволяющим диверсифицировать экспортные потоки ЕС.